Военная политика США против Ирака (1991-2003 гг.): факторы применения вооруженных сил

В статье автор на основе труда генерала в отставке Уэсли К.Кларка, провел анализ военной политики США на Ближнем Востоке (1991-2003 гг.). Из исторического военно-политического опыта США и его военной стратегии по ведению войны, выявил ключевые факторы применения вооруженных сил в интересах решения военно-политических задач. 

Война Соединенных Штатов (США) и военных сил стран коалиции (страны союзницы США – Д.М.) против Ирака 2003 года стала новым практическим военным опытом применения американскими войсками новой стратегии и тактики против иракских войск.

В этой связи, следует обратить внимание на заявление президента США в 2003 году: «… президент Буш 1 мая 2003 года на палубе авианосца „Аврам Линкольнˮ, объявляя об окончании военных действий в Ираке, – мы стали свидетелями наступления новой эпохи». «… президент Буш заявил о том, что была открыта новая форма войны, поставившая себе на службу информационные технологии, так чтобы война могла быть быстрой, точной и вестись с низкими потерями» [1, с. 291].

Следовательно, данная работа посвящена изучению труда генерала в отставке Уэсли К.Кларка (командующего Объединенными силами НАТО в Европе с 1997 по 2000 годы). Труд автора позволяет из исторического военно-политического опыта США и его военной стратегии по ведению войны (военной операций) выявить ключевые факторы применения вооруженных сил в современных условиях. Актуальность факторов применения вооруженных сил состоит в их движущей силе применения «новой формы войны».

Отметим, что труд генерала в отставке Уэсли К.Кларка «Как победить в современной войне» [2], изданный на русском языке в 2004 году в Москве, на наш взгляд важен в изучении следующих вопросов [2, с. 7-15]:

  • военная политика США на Ближнем Востоке;
  • сферы военного планирования;
  • применение вооруженных сил: определение их состава и структуры для ведения крупномасштабной военной операций;
  • использование информации и прогнозирование ее последствий;
  • планирование процесса послевоенного урегулирования;
  • возникновение терроризма и борьба с ним.

Учитывая вышеизложенное, рассмотрим военную политику США на Ближнем Востоке (1991-2003 гг.), что позволит раскрыть особенности природы возникновения современного военного конфликта и, следовательно, выявить факторы применения вооруженных сил.

Уэсли К.Кларк обращает внимание на важный аспект военной политики США на Ближнем Востоке: «Администрация Буша часто утверждает, что войну в Ираке следует рассматривать в контексте войны против терроризма, ... однако ... ответы на вопросы о войне следует искать с учетом многолетнего участия США в решении региональных проблем Ближнего Востока, а также продолжающейся реформы американских вооруженных сил. Более того, ответы связаны с более крупными проблемами американской политической системы и ролью Америки в мировом сообществе вообще» [2, с. 10].

Отметим, что в рассматриваемый нами период проблемы Ближнего Востока были связаны с военной агрессией Ирака в отношении соседнего государства – Кувейта. «В конце июля 1990 года ... иракские дивизии начали сосредотачиваться на границе для нападения на Кувейт ...», – пишет Уэсли К.Кларк [2, с. 7].

В августе 1990 года Ирак вторгся на территорию Кувейта. Военная политика США была направлена на [2, с. 18]:

  • воспрепятствование дальнейшей агрессии со стороны Ирака;
  • заставить Ирак вывести войска и освободить Кувейт;
  • была создана  коалиция  стран  и  обеспечена  поддержка  Организации  Объединенных  Наций (ООН).

Одновременно, в Национальном учебном центре армии США в Форт-Ирвине (штат Калифорния), проходили оперативную подготовку соединения и части вооруженных сил США, там же разрабатывалась тактика прорыва обороны иракцев. Необходимую информацию командованию Национального учебного центра армии США представляла армейская разведка и служба оперативного информирования [2, с. 8].

Не выполнение Ираком требований о выводе войск с территории Кувейта привело к тому, что 17 января 1991 года США начали военные действия против Ирака. Атаки США позиций иракских войск с воздуха, и совместные действия ВВС и Сухопутных сил привели к победе [2, с. 18].

«Наступил не прочный мир, – пишет Уэсли К.Кларк, – … в ходе войны поставленные задачи были достигнуты быстро, ... война … принесла большие политические дивиденды … Америке» [2,с.19-20].

После войны побуждаемые победой США против Ирака и симпатизирующие Ирану шииты на юге страны и курды на севере подняли восстание против существующего режима, очаги восстания были подавлены [2, с. 20].

Однако на севере Ирака действия власти против курдов были блокированы принятыми мерами [2,с.20]:

  • созданием закрытых воздушных зон для полетов иракских ВВС;
  • оказанием гуманитарной помощи населению;
  • угрозами новой интервенции войск США.

Такое «смягчение» напряженности в действиях власти против курдов сопровождались серьезными проблемами для Ирака [2, с. 20]:

  • на Ирак были наложены санкций ООН (действующие до полного уничтожения Ираком оружия массового уничтожения (ОМУ);
  • не решались вопросы Ирака о демаркации отдельных участков границы с Кувейтом.

Ирак оставался под пристальным вниманием США, ее военная политика была направлена на осуществление контроля [2, с. 21]:

  • выполнение Ираком обязательств по уничтожению ОМУ (США настаивали на проведении инспекций ООН, введении новых санкций);
  • за зоной, свободной от полетов иракских ВВС (США совместно с Великобританией с конца 1998 года, практически до начало самих военных действий (2003 г.) наносили бомбовые удары по Ираку). Следует обратить внимание на тот факт, что США осуществляя контроль над Ираком (в период 1991-1992 годы), сконцентрировали военные силы в Кувейте.

В частности в 1992 году США развернули части быстрого реагирования, численностью около тысячи человек с задачей не допустить  новой агрессии со стороны Ирака. Особенностью развертывания части быстрого реагирования был учет того, что предстоящая война с Ираком будет [2, с. 8,21]:

  • более масштабной;
  • более эффективной;
  • более скоротечной.

В 1994 году Ирак направил свои войска к границам Кувейта, к тем боевым позициям, которые они занимали в 1990 году. В ответ США привели свой войска в Кувейте в состояние боевой готовности  [2, с. 21].

Объединенный комитет начальников штабов Пентагона, сотрудничая с Белым Домом, Министерством обороны и Государственным Департаментом начали выработку «новой» военной политики в отношении Ирака [2, с. 8].

Взаимная демонстрация военной силы и применение «новой» военной политики со стороны США привели к тому, что на Ирак были оказаны существенные давления [2, с. 21-22]:

во-первых, продолжала свою работу Специальная комиссия ООН по проверке выполнения Ираком своих обязательств по закрытию программы создания ОМУ (несмотря на все отрицания Ираком наличия ОМУ);

во-вторых, США применили военную политику «двойного сдерживания». Она состояла в том, что ВВС США расположенные в Саудовской Аравии и Турции регулярно осуществляли полеты в южной и северных зонах, закрытые для иракских ВВС;

в-третьих, США увеличило свое военное присутствие в регионе.

Для многих экономически развитых государств, содержание мощных вооруженных сил всегда затратно для бюджета. Однако, как отмечает, Уэсли К.Кларк к концу 1990-х годов США рассматривало два возможных театра военных действий (ТВД) [2, с. 22]:

  • в Персидском заливе – военная угроза «исходящая» со стороны Ирака;
  • в Корейском полуострове – военная угроза «исходящая» со стороны Северной Кореи.

Осенью 1998 года Ирак прекратил всякое сотрудничество с инспекторами ООН по вопросу прекращения иракских программ по производству ОМУ. В ответ американский Конгресс принял специальный акт, призывающий к смене политического режима в Ираке [2, с. 23].

В результате, отказ Ирака сотрудничать с инспекторами ООН явился поводом, чтобы 15 декабря 1998 года командование США начало операцию под названием «Лиса в пустыне». В течение 48 часов органы военного управления Ирака, предполагаемые места производства и хранения ОМУ были подвергнуты массированным ударам [2, с. 23].

В дальнейшем, США изменили правила нанесения воздушных ударов внутри воздушных зон, запрещенных для полетов иракских ВВС. Самолеты США и Великобритании, контролирующие южные и северные воздушные зоны открывали огонь по радарам и другим объектам, представляющие угрозу для самолетов коалиции [2, с. 23].

Особо важным поворотным пунктом для формирования «новой военной политики» в отношении Ирака явились атаки террористов 11 сентября 2001 года на Всемирный Торговый Центр и на Пентагон. США стали готовить мощный и эффективный ответ на атаки террористов и начали «искать государства», поддерживающие терроризм [2, с. 23-25].

В этих условиях, Ирак в глазах США по-прежнему символизировал незавершенность начатого «дела» в ходе первой войны в Персидском заливе (1991 г.). Следовательно, появились основания для того, чтобы события 11 сентября 2001 года связать с политическим режимом в Ираке и считать его угрозой безопасности США. Уэсли К.Кларк отмечает, что «... администрации (США – Д.М.) не удалось доказать виновность Саддама в случившемся 11 сентября», однако Ирак «... стал занимать главное место в войне США с терроризмом» [2, с. 25].

Значительная, практически десятилетняя подготовка США к войне с Ираком позволили командованию американских войск в «Персидском заливе» и Центральному командованию США приступить в январе 2002 года к разработке детального плана военной операций OPLAN 1003 [2, с. 25-26].

Анализ труда генерала в отставке Уэсли К.Кларка показал, что важным в подготовке вооруженных сил США военной операций по плану OPLAN 1003 были [2, с. 27-35]:

  • переход власти и контроля над военными к гражданским лицам;
  • включение в военную сферу другие дипломатические и политические сферы (в этом военная сфера была лишь частью дипломатической и политической деятельности);
  • план состоял из трех компонентов: воздушные удары ВВС США, военные действия Сухопутных войск, военные действия Специальных войск;
  • ведение информационной войны (в том числе, в период работы инспекций ООН в Ираке);
  • поддержка военной операции США против Ирака международным сообществом в лице ООН (резолюция Совета Безопасности 1441 была принята единогласно (СБ ООН);
  • мобилизация резервистов и переброска войск в район ТВД;
  • поддержка общественного интереса к проблемам в Ираке;
  • контроль общественного мнения в США;
  • учет природно-климатического условия ТВД;
  • поэтапное проведение мероприятий по каждой «сфере» стратегического плана. Дипломатическая и политическая деятельность, кроме всего прочего, также включала получение поддержки со стороны союзников США – Турции и Саудовской Аравии.

«... в декабре 2002 года события складывались следующим образом, – пишет Уэсли К.Кларк, – Саддам Хусейн не смог предоставить необходимые данные, которые бы подтвердили его намерение выполнять резолюцию СБ ООН» [2, с. 41].

Очевидно, что такая постановка вопроса ставила Ирак в ситуацию, когда «виновность» Саддама Хусейна устанавливалась при любых условиях [2, с. 41-42]:

во-первых, если Саддам Хусейн занимал жесткую позицию, отрицая наличие любых программ по разработке ОМУ, такие действия «провоцировали» США к решительным военным действиям;

во-вторых, если Саддам Хусейн представлял какие-либо сведения о существовании программ по разработке ОМУ, тогда это было бы доказательством о его «неискренности» в предшествующие периоды, что являлось причиной конфликта.

Одновременно, Уэсли К.Кларк на наш взгляд не случайно упоминает и об американских интересах, которые являлись главной целью – нефтяные месторождения в Румейле [2, с. 47].

В январе 2003 года США и Великобритания вновь обратились в СБ ООН в целях получения второй резолюции «по иракскому вопросу», свидетельствующего о поддержке международного сообщества. Однако, многие государственные деятели, как в Европе, так и в других странах придерживались другого мнения [2, с. 42-43]:

  • они выражали сомнение  по  поводу достаточности  доказательств,  собранных  для  оправдания (легитимности) применения военной силы;
  • они были уверены в том, что работа инспекторов в Ираке приносит больше результатов, чем прежде. Следовательно, инспекции должны закончить свою работу;
  • существовали опасения по поводу растущей исключительной мощи США, которая может позволить себе безнаказанно нарушать международные договоры и обязательства. Так как Белый Дом вышел из Киотского протокола, противодействовала работе Международного уголовного суда, и грозился выйти из договора по противоракетной обороне (ПРО);
  • наличие разногласия США с их европейскими союзниками по решению конфликта между Израилем и палестинцами усложняли возможность достижения консенсуса по вопросу Ирака.

«Не было второй резолюции Совета Безопасности, – пишет Уэсли К.Кларк, – равно как и плана ООН по послевоенному урегулированию в Ираке. ... Некоторые члены администрации Буша (президента США – Д.М.) ... считали ООН бесполезной организацией, раздираемой взаимоисключающими интересами и склонной скорее к умиротворению государств, представляющих угрозу миру и безопасности, нежели к решительным действиям против них» [2, с. 42].

США 17 марта 2003 года окончательно приняли решение о проведении военной операции, «... президент Буш дал Саддаму Хусейну 48 часов на то, чтобы тот покинул Ирак», – пишет Уэсли К.Кларк [2, с. 43].

К данному времени основные военные силы США завершили свою подготовку. Войска были готовы начать войну через 48 часов [2, с. 45].

Военная операция «Освобождение Ирака» началась в ночь с 19 на 20 марта. Специальные подразделения США в составе тридцати одной группы, примерно по 300 бойцов в каждом вторглись на территорию Ирака, два самолета F-I17s вылетели и нанесли удары по цели (целью являлась семья Саддама Хусейна) [2, с. 46].

В книге, автор выделяет достигнутые успехи первых суток военной операций [2, с. 48]:

  • успех военной разведки;
  • проведение специальных операций силами спецподразделений;
  • отсутствие потерь от собственного огня;
  • уверенное продвижение вперед сухопутных войск;
  • надежное ПРО;
  • освещение по телевидению на весь мир, успехи войск США в Ираке.

Как видим, военная политика США на Ближнем Востоке в период противостояния США против Ирака (1991-2003 гг.) была тесно связана военной стратегией, применением вооруженных сил и современных технологий в интересах решения военно-политических задач.

Таким образом, проведенный нами анализ литературы показал, что применение вооруженных сил в интересах мощного в экономическом и военном отношении государства (стран коалиций) против слабого но «агрессивного» государства, связаны со следующими факторами:

  • активного вмешательство мощного государства в региональные проблемы «в контексте войны против терроризма»;
  • непрерывного развития и совершенствования военного дела мощного государства, реформы вооруженных сил;
  • крупными, системными экономическими, этническими, социальными и политическими проблемами конфликтующих сторон, требующими своего решения;
  • стремление мощного  государства  к  определяющей  военно-политической  роли  в  мировом (региональном) сообществе.

 

  1. Калдор М. Новые и старые войны: организованное насилие в глобальную эпоху / пер. с англ. А. Апполонова, М. Дондуковского; ред. Перевода А. Смирнов, В. Софронов. – М.: Изд-во Института Гайдара, 2015. – 416 с.
  2. Кларк Уэсли К. Как победить в современной войне / Пер. с англ. – М: Альпина Бизнес Букс, – 240 с.
Год: 2016
Город: Алматы
Категория: История